Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Дезориентация в пространстве

Печальное происшествие

Поэт поэму переписывал полгода.
Полно препятствий: препаршивая погода,
Приезд племянницы, посадка помидоров,
Прогулки, праздники, пятьсот переговоров,
Поломка принтера, простуда, пенье птиц,
Переедание (подряд пятнадцать пицц).
Потел, плевался, плакал, пил, переживал…
Перепечатал. Прочитал. Поник. Порвал.
кривая в перевернутом

Семь лет со дня смерти Натальи Хаткиной cambala

Да, уже семь.
И еще больше хочется, чтобы Наташу не забывали и читали. Она писала очень разное – взрослое, детское, смешное, грустное, стихи, прозу. И вот такое – тоже:

Наталья Хаткина
Психотерапия

Когда молчанье невтерпеж и хочется кричать, и столько рож, и только ложь, пора права качать, – не лезь, приятель, на рожон, прислушайся ко мне: представь себе, что ты шпион, шпион в чужой стране.
Начальник вызвал на ковер, волной погнал понты, – молчи, вступать не стоит в спор: ты Штирлиц, Штирлиц ты.
Супруга тянет в ресторан, хоть пуст твой кошелек, сосед – в который раз, болван! – протек сквозь потолок. Какой-то хулиган гвоздем «Жигуль» твой расписал, в стране вообще сплошной содом, в мозгах – девятый вал. Спать не дает собачий лай или орут коты, – молчи и рта не разевай: ты Штирлиц, Штирлиц ты!
Я тоже в образе с утра и потому жива: я золотая медсестра в психушке номер два. А на больных срываться грех (ты б знал мою семью!), я успокаиваю всех и валиум даю.
Но все же теплится в мечтах: настанет день, и вот – мешок смирительных рубах мне прачка принесет. И все, кто был жесток со мной, притихнут до поры, и будет долгий выходной у доброй медсестры.
Дезориентация в пространстве

Монолог королевича Елисея

Ну ладно, жила с семерыми – простил я грехи.
Угу. Не жила. Да чего ты о простыни снова?
Да мало ли способов? Брось. Не болтай чепухи.
Сказал же: простил. Не об этом я, честное слово.

Ну ладно, в лесу одичала вдали от двора,
Мужицких манер набралась и соленых словечек.
Ну ладно, привыкла глушить медовуху с утра.
Авось да мой знахарь поможет. Он добрый советчик.

Ну ладно, кирпичного цвета крестьянский загар,
И руки как терки, и пальцы, кривые от стирки.
Мой лекарь-кудесник развеет и этот кошмар.
Да что говорить. Это мелочи. Просто придирки.

Уж месяц прошел, но никак я забыть не могу
Сверкающий гроб, твои мертвые губы – и некуда деться.
Бегу. Возвращаюсь. Целую. И снова бегу.
Опять возвращаюсь. Ведь мы же помолвлены с детства.

Ночами ловлю на себе твой негаснущий взгляд,
Мне сказки о зомби заморские няньки читали.
Холодная кожа. Надежным был мачехин яд.
Ты мертвая. Мертвая. Вся остальное – детали.